Своеобразие стиля А.П. Платонова на примере одного эпизода (по повести «Котлован»)

02.02.2012 | Рубрика: П » Платонов А.П. » «Котлован» »

Стиль Платонова в критике принято называть косноязычным. Действительно, писатель нарушает литературную норму на всех языковых уровнях: морфологическом, синтаксическом, семантическом. Это определенным образом затрудняет восприятие произведений, особенно для неподготовленного читателя. Однако следует присмотреться внимательнее к необычному языку Платонова. Формальные нарушения влекут за собой неожиданную игру смыслов и создают эффекты, которых, возможно, не ожидал сам автор. Каждое предложение приобретает необыкновенную смысловую емкость, и чтобы доказать это, я бы хотел проанализировать небольшой отрывок из повести Платонова «Котлован», а именно ее первый эпизод.
Знакомя читателя с Вощевым, главным героем повести, автор говорит, что «в день тридцатилетия личной жизни» его уволили с завода. Почему Платонов употребляет, казалось бы, излишнее здесь слово «личной»? Очевидно, личная жизнь каким-то образом противопоставляется неличной, общественной. Это противопоставление является одной из главных в творчестве писателя. Уже в ранних произведениях — утопиях — Платонов размышляет над тем, может ли человек принести в жертву свою личную жизнь ради коллектива, общественной жизни. Он не отрицает идеалов социализма и коммунизма, но боится за возможность их воплощения в действительности (эта проблема и стала центральной в повести «Котлован»). Итак, Вощев в праздник личной жизни терпит крах в жизни общественной. Но он не просто увольняется, а «устраняется с производства», как сказано в «увольнительном документе». «Устранить» можно неодушевленный объект или же дефект, поломку. Получается, что «задумчивый» Вощев, человек, воспринимается руководством завода как некая неполадка на производстве, мешающая «общему темпу труда». Значима только общественная функция человека — в этом Платонов видит одну из опасностей нового строя. Упоминание возраста Вощева также неслучайно. Во-первых, возраст героя соотносится с возрастом автора во время создания повести (примечательно, что один из героев первоначально носил фамилию Климентов — настоящая фамилия Платонова), во-вторых, тридцатилетний возраст вызывает целый ряд литературных и культурно-исторических ассоциаций. В Евангелии сказано, что Христос был крещен в тридцать лет, половину жизни прошел главный персонаж «Божественной комедии» Данте и именно в этом возрасте вступил на путь сомнений, что происходит и с Вощевым.
Первый абзац «Котлована» создан на основе канцелярских штампов. Здесь отражается определенная тенденция эпохи, когда бюрократический язык с особой силой входил в повседневную жизнь и по-своему осмыслялся, видоизменялся недостаточно образованными представителями народа. Платонов также не использует клишированный язык в чистом виде. От готовых формул остается лишь общий принцип построения. На самом же деле писатель разрушает штамп изнутри, говоря, например, что Вощев получил расчет «вследствие роста слабосильности в нем и задумчивости».
Во втором абзаце появляется сам герой, и вместе с ним в повествование врывается новый пласт лексики. Это традиционная поэтическая лексика, ее автор применяет по отношению к природе (в отличие от лексики канцелярской, которая чаще используется по отношению к людям), создавая яркие образы: «деревья бережно держали жару в листьях», «скучно лежала пыль на безлюдной дороге». Но поэтическое описание прерывается голосом человека эпохи: «в природе было тихое положение» — вновь канцелярский штамп, разрушенный уже самим способом своего употребления: по отношению к природе вместо социально-экономической сферы. На языковом уровне текста можно отметить еще одну интересную особенность: Платонов любит утяжелять понятия. Не довольствуясь привычными средствами выражения, он добавляет к существительным «лишние» дополнения. Повышается уровень образности, метафоричности, происходит концентрация смысла на малом пространстве текста. Например, вместо того чтобы сказать: «Дует ветер — меняется погода», Платонов употребляет метафорическое сочетание «ветер меняющейся погоды». С этим явлением связан несколько иной процесс: замена существительным глагольного выражения. Вощев не наслаждается надеждой, а испытывает «наслаждение надежды», посетители пивной предаются «забвению своего несчастья». Такие замены свойственны опять же для канцелярской речи, где важна точность и необходим высокий уровень абстракции.
Социально-экономическая лексика не исчезает из повествования с появлением поэтической, происходит их сложный синтез. Социальная тема разворачивается на фоне темы природной. С окружающей обстановкой связано упоминание «бессемейных детей», «отходников», «низкооплачиваемых категорий», «совторгслужащих». Люди мыслятся исключительно в социальных терминах (дети не зря названы «бессемейными», потому что привычное слово «бездомный» содержит эмоциональную оценку), хотя и не теряют свои «искренние человеческие голоса». Пивная сравнивается с учреждением и, словно в учреждении, Вощев в ней «присутствует», «проводит свое вечернее время».
Жизнь человека словно подчинена какому-то регламенту, просматривается сквозь призму безликого государственного аппарата, который не знает другого стиля, кроме официально-делового, видит в человеке лишь его общественную функцию. По мнению этого государства, человек не может иметь ничего, кроме того, что оно позволяет, даже радость; Вощеву, например, она «полагалась» редко.
Но человек и в мире Платонова не остается наедине с государственной машиной: он неразрывно связан с природой, до такой степени, что готов слиться с ней. Но об этом в «Котловане» будет говориться позже, а пока природа выступает в своей традиционной роли, как метафора внутреннего состояния человека. Около пивной «одно» растет старое дерево на бугре, качаясь «от непогоды». Одиночество дерева созвучно состоянию Вощева, исключенного из коллектива, который мучится сомнениями так же, как дерево страдает от непогоды. Так же одиноки и другие люди, находящиеся в пивной: каждый предается «забвению своего несчастья». Таким образом вводится характерный для творчества Платонова мотив всеобщего сиротства (не зря чуть выше упоминаются «бессемейные» дети). В «Котловане» этот мотив приобретает специфическую окраску: с одной стороны, сиротами становятся раскулаченные и загнанные в колхоз крестьяне («колхозное сиротство»), а с другой — на девочку-сироту возлагаются все надежды рабочих, ради нее, ради ее будущего они согласны жить и работать. Со смертью девочки герои сами превращаются в сирот.
Чтобы «заметить начало ночи», Вощев подходит к окну: ветер доносит до его слуха звуки музыки, Герой не зря слышит музыку в один из переломных моментов своей жизни. Музыка у Платонова — одна из эстетических категорий, которая служит для выражения некой непознанной тайны мироздания. Земная, созданная человеком музыка является в определенном смысле отражением музыки космической. Поэтому музыка, производимая духовым оркестром, не просто разносится ветром, а уносится «в природу», сливаясь со своим первоначалом.
Итак, «косноязычие» стиля Платонова оказывается очень смыслоемким. Неровности стиля — смешение лексики и синтаксиса различных сфер употребления, языковые эксперименты — порождают игру смыслов в плане содержания. На стилевом уровне отражаются основные мотивы платоновского творчества, порой неосознанно поднимаются те же самые вопросы, которые автор прямо задает в своих произведениях: взаимоотношения человека и нового тоталитарного государства, которое нивелирует личность, рассматривая ее как часть собственного механизма, одиночество, сиротство человека в мире и его таинственная связь с природой.


Комментарии: