Сюжетно-композиционное своеобразие романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»

   План сочинения
   1. Вступление. Тип романа Лермонтова, роман и романтическая поэма.
   2. Основная часть. Особенности сюжета и композиции романа.
   — Нарушение жизненной хронологии эпизодов романа.
   — Значение несовпадения фабулы и сюжета.
   — Наличие в романе «двойной» композиции.
   — Постепенное приближение героя к читателю.
   — Повесть «Бэла» – экспозиция в создании образа героя.
   — Максим Максимыч как «первый рассказчик».
   — Черты поэтики романтизма в повести «Бэла».
   — Повесть «Максим Максимыч» – завязка в создании образа героя.
   — Предисловие к журналу Печорина и его композиционное значение.
   — Повесть «Тамань» – развитие действия в раскрытии внутреннего облика героя.
   — Повесть «Княжна Мери» – кульминация и развязка в создании образа героя.
   — Повесть «Фаталист» – эпилог в создании образа Печорина
   3. Заключение. Единство идеи и сюжетно-композиционной структуры романа.

   М.Ю. Лермонтов писал, что в романе «Герой нашего времени» он хотел исследовать «историю души человеческой», которая «едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа». Автор представляет нам не роман-биографию, а роман-портрет. Этой цели подчинена вся сюжетно-композиционная структура произведения. Стоит отметить, что по своим сюжетно-композиционным особенностям «Герой нашего времени» сходен с романтической поэмой, Печорин в известном плане также дан в романтическом ключе. Так, сведения о прошлом героя фактически отсутствуют в произведении, образ этот статичен, он изображен в наиболее яркие, кульминационные моменты, внутренняя жизнь героя не раскрыта автором до конца.
   «Герой нашего времени» включает в себя пять повестей, каждая из которых рассказывает о какой-либо необыкновенной истории в жизни Печорина. Причем в расположении повестей («Бэла», «Максим Максимыч», «Тамань», «Княжна Мери», «Фаталист») Лермонтов нарушает жизненную хронологию эпизодов романа. В действительности же события происходили в ином порядке. По пути из Петербурга на Кавказ Печорин останавливается в Тамани. Герой здесь рискует жизнью, происходит его схватка с контрабандистами. После участия в военной экспедиции, которая в романе не изображена, он едет в Пятигорск, где убивает на дуэли Грушницкого. За это Печорина высылают в крепость, где он служит под началом Максима Максимыча. В это же время происходит история с Бэлой. Из крепости он отлучается на две недели в казачью станицу, где происходит схватка с Вуличем. Потом он вновь возвращается в крепость N. Далее Печорин выходит в отставку и в течение пяти лет живет в Петербурге. Потом он отправляется в Персию и во Владикавказе встречается с Максимом Максимычем и издателем. Наконец, возвращаясь из Персии, Печорин умирает. Таким образом, реальная хронология событий требовала следующего расположения повестей: «Тамань», «Княжна Мери», «Бэла», «Фаталист», «Максим Максимыч», «Предисловие к журналу Печорина».
   Но зачем понадобилась Лермонтову такая перестановка событий? Исследователи отмечают, что таким образом писатель изображает характер и судьбу своего героя вне временных рамок, в вечности. В этом мы можем усмотреть черту романтической поэтики, учитывая известный «конфликт лирического героя поэта со временем, неприятие самой идеи времени в поэтическом мире Лермонтова»[1]. Писатель завершает роман не смертью Печорина, а тем эпизодом, где он, подвергаясь смертельной опасности, все же избежал смерти. Более того, в повести «Фаталист» герой ставит под сомнение существование предопределения, судьбы, отдавая приоритет собственным силам и интеллекту. Таким образом, автор не снимает с него ответственности за все совершенные им поступки, включая и те, которые он совершил после пребывания в казачьей станице. Кроме того, как мы уже отмечали выше, характер Печорина статичен, в романе не представлена эволюция героя, его духовный рост, мы не видим происходящих с ним внутренних изменений. Лермонтов лишь варьирует жизненные ситуации и проводит по ним этого персонажа, исследуя все новые и новые грани его внутреннего мира.
   Стоит отметить, что кроме хронологии жизни героя в романе присутствует и хронология повествования, изображения событий. Так, «издатель», проезжий офицер и литератор, знакомится с Максимом Максимычем. Затем вновь встречается с ним через день. Потом, спустя какое-то время, узнав о смерти Печорина, публикует его дневник. Эти две хронологические линии пересекаются в романе.
   Благодаря специфической композиции Лермонтов изображает героя в «тройном восприятии»: сначала глазами Максим Максимыча, потом «издателя», затем Печорин сам рассказывает о себе в своем дневнике. Подобный прием использовал А.С. Пушкин в новелле «Выстрел». Смысл подобной композиции состоит в постепенном раскрытии характера героя (от внешнего к внутреннему), когда автор вначале заинтриговывает читателя необычностью ситуаций, поступков героя, а затем открывает мотивы его поведения.
   Сначала мы узнаем о Печорине из разговора издателя с Максимом Максимычем. Издатель едет «на перекладных из Тифлиса». В повести «Бэла» он описывает свои дорожные впечатления, красоту природы. Попутчиком его становится штабс-капитан, давно служивший на Кавказе. Максим Максимыч и рассказывает попутчику историю с Бэлой. Эта повесть является своеобразной экспозицией в раскрытии образа Печорина[2]. Здесь мы впервые узнаем о герое и его жизненных обстоятельствах, его воспитании, образе жизни. Максим Максимыч передает историю Печорина и Бэлы в три приема. Рассказ штабс-капитана перемежается его замечаниями, репликами слушателя, пейзажами, описанием трудностей пути героев. «Авантюрная новелла оказывается входящей в «путешествие», и наоборот – «путешествие» входит в новеллу как тормозящий ее изложение элемент»[3]. Такое «торможение» сюжета «основной истории» писатель предпринимает для того, чтобы еще сильнее заинтриговать читателя, чтобы середина и финал повести были резко контрастны.
   «Кавказская история» Печорина дается в восприятии Максима Максимыча, который давно знаком с Печориным, любит его, однако совершенно не понимает его поведения. Штабс-капитан простодушен, духовные запросы его невелики – внутренний мир Печорина для него непостижим. Отсюда – странность, загадочность Печорина, невероятность его поступков. Отсюда и особая поэтичность повествования. Как замечает Белинский, штабс-капитан «рассказал ее по-своему, своим языком; но от этого она не только ничего не потеряла, но бесконечно много выиграла. Добрый Максим Максимыч, сам того не зная, сделался поэтом, так что в каждом слове его, в каждом выражении заключается бесконечный мир поэзии»[4]. Однако отметим, что записана Бэла была уже издателем (на это есть ссылка в тексте).
   В повести много элементов романтического стиля. В основе сюжета повести лежит традиционная романтическая схема – бегство героя из мира цивилизации в мир природы, цивилизованный герой вступает в отношения с черкешенкой. Возникает любовный треугольник, который затем будет варьироваться в других повестях, составляющих роман. В «Бэле» налицо и все сюжетные атрибуты романтических историй: похищение, любовь, месть, смерть. Однако Лермонтов сохраняет реалистичность мотивировок. Разрыв героев обусловили не внешние, «роковые обстоятельства», а особенности внутреннего мира Печорина, его характер.
   Далее о герое рассказывает «издатель», проезжий офицер и литератор («Максим Максимыч»). В восприятии «издателя» даны встреча Печорина с Максимом Максимычем. Здесь же дан подробный психологический портрет героя. Литератор, находящийся еще под впечатлением от истории Бэлы, встречает Печорина лицом к лицу. Конечно, он пристально к нему присматривается, отмечает каждую его черту, каждое движение. В этой повести практически ничего не происходит – здесь нет того сюжетного динамизма, который присутствует в «Бэле» и «Тамани». Однако именно здесь начинает раскрываться психология героя. Думается, эту повесть можно считать завязкой в раскрытии образа Печорина.
   Далее в романе следует «Журнал Печорина», включающий в себя: «Предисловие», повести «Тамань», «Княжна Мери» и «Фаталист». В «Предисловии» «издатель» сообщает о смерти Печорина. Причем это сообщение дано без каких-либо подробностей, в виде простого упоминания. Исследователи отмечают здесь неожиданность перехода: «Недавно я узнал, что Печорин, возвращаясь из Персии, умер. Это известие меня очень обрадовало: оно давало мне право печатать эти записки…». Таким образом, обращение к внутреннему миру персонажа у Лермонтова опять же мотивированно. Кроме того, как мы уже отмечали выше, такое решение дало автору возможность закончить роман «мажорной интонацией: Печорин не только спасся от гибели, но и совершил общеполезный и смелый поступок… Благодаря своеобразной «двойной» композиции… и фрагментарной структуре романа герой в художественном (сюжетном) смысле не погибает: роман заканчивается перспективой в будущее – выходом героя из трагического состояния бездейственной обреченности… Вместо траурного марша звучат поздравления офицеров с победой над смертью…»[5] Сюжет здесь как будто прерывается, но именно после этого герой становится главным рассказчиком. Слово предоставляется самому Печорину уже после его смерти. Так, содержание романа вновь выходит из временных рамок: повествование переносится в отдаленное прошлое, которое становится для читателя «настоящим». Здесь мы опять наблюдаем принципы романтической поэтики.
   Повесть «Тамань» – это развитие действия в раскрытии внутреннего мира героя. Как и в «Бэле», Лермонтов вновь помещает героя в чуждую для него среду – мир простых, грубых людей, контрабандистов. Здесь вновь возникает любовный треугольник, однако романтический мотив здесь (любовь цивилизованного героя и «дикарки») почти что пародируется: Лермонтов очень быстро обнажает истинный характер отношений Печорина и «ундины». Красавица из дикого, свободного, романтического мира оказывается помощницей контрабандистов. Она по-мужски решительна и коварна: Печорину чудом удается избежать смерти в схватке с ней. Таким образом, мир природы и цивилизации вновь оказываются несовместимыми у Лермонтова. Однако в определенном смысле повесть восстанавливает смысловое равновесие в романе. Если в «Бэле» Печорин грубо вторгается и разрушает мерный ход жизни горцев, «оскорбляя» в их лице саму природу, то в «Тамани» «природный мир» не желает больше терпеть вмешательств извне и едва не забирает жизнь Печорина.
   Следующая часть повествования, «Княжна Мери», напоминает нам светскую повесть и психологический роман одновременно. Печорин здесь изображен в окружении людей своего круга – светской аристократии, собравшейся на водах. Повесть является кульминационной в раскрытии образа Печорина. Именно здесь он раскрывает свою психологию, свои жизненные установки. Перед дуэлью с Грушницким он размышляет о смысле собственной жизни и не находит его: «Зачем я жил? для какой цели я родился?.. А верно, она существовала, и, верно, было мне назначенье высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные, но я не угадал этого назначенья, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных; из горнила их я вышел тверд и холоден, как железо, но утратил навеки пыл благородных стремлений, лучший цвет жизни…» «Княжна Мери» в определенном смысле является и развязкой для судьбы Печорина: здесь он доводит до логического завершения особенно важные для него человеческие связи: убивает Грушницкого, открыто объясняется с Мери, порывает с Вернером, расстается с Верой. В повести мы видим три любовных треугольника: Вера – Печорин – княжна Мери, Вера – Печорин – муж Веры, княжна Мери – Печорин – Грушницкий. Таким образом, отметим схожесть сюжетных ситуаций трех повестей – «Бэлы», «Тамани» и «Княжны Мери». В каждой из них возникает любовный треугольник: он – она – соперник. Каков же смысл этой повторяющейся схемы? Стремясь избежать скуки, Печорин попадает в похожие жизненные ситуации. Герой у Лермонтова словно бы движется по замкнутому кругу. И особенно подчеркнуто это в финале (события начинаются и завершаются в крепости N).
   Последняя повесть, завершающая роман, носит название «Фаталист». В раскрытии образа Печорина она играет роль эпилога. Лермонтов поднимает здесь философскую проблему судьбы, рока, фатума. Вулич погибает в повести, как и предсказал Печорин, и это наводит на мысль о том, что предопределение существует. Но вот Печорин сам решил испытать судьбу и остался жив, мысли героя уже более оптимистичны: «…как часто мы принимаем за убеждение обман чувств или промах рассудка!..Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера – напротив, что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает». Таким образом, завершение «Героя нашего времени» философской повестью многозначительно. Печорин часто творит зло, прекрасно сознавая истинный смысл своих поступков. Однако «идеология» героя разрешает ему подобное поведение. Сам же Печорин склонен объяснять свои пороки злым роком или судьбой, жизненными обстоятельствами и т. д. «С тех пор, как я живу и действую, – замечает герой, – судьба как-то всегда приводила меня к развязке чужих драм, как будто без меня никто не мог ни умереть, ни прийти в отчаяние. Я был как необходимое лицо пятого акта: невольно я разыгрывал жалкую роль палача или предателя». Лермонтов же не снимает с Печорина ответственности за его поступки, признавая автономность свободной воли героя, его возможность выбора между добром и злом.
   Таким образом, роман проникнут единством мысли. Кольцевая композиция у Лермонтова символична: она обнажает бесплодность исканий героя, его неспособность вырваться из рамок собственных представлений о жизни. Основная идея романа – вопрос о внутреннем человеке, о его поступках и наклонностях, мыслях и чувствах, причинах, породивших их. Именно этой идее подчинена вся сюжетно-композиционная структура произведения.

1. Лион П.Э., Лохова Н.М., Указ. соч., с. 184.
2. См.: Эйхенбаум Б.М. «Герой нашего времени» – Эйхенбаум Б.М. О прозе: Сборник статей. Л., 1969. Электронная версия. www. feb-web.ru.
3. Там же.
4. Белинский В.Г. Герой нашего времени. Сочинение М. Лермонтова. – В кн.: М.Ю. Лермонтов в русской критике. М., 1951, с. 46.
5. Эйхенбаум Б.М. Указ. соч.

Комментарии: