Тема любви в лирике С.А. Есенина

31.01.2012 | Рубрика: Е » Есенин С.А. » Лирика Есенина С.А. »

Тему любви нельзя назвать ведущей в лирике С.А. Есенина. Творчество этого тонкого и проникновенного русского поэта объединяет тема родной страны, он больше всего писал о России. Образ Руси, проходящий через все стихотворения Есенина, задает особую тональность его любовной лирике.
В ранних стихотворениях любимая приходит к поэту «из тумана», кажется ему воплощением его таинственной мечты. В стихотворении «Не бродить, не мять в кустах багряных…» (1916) лирический герой замечает:

Пусть порой мне шепчет синий вечер,
Что была ты песня и мечта,
Все ж, кто выдумал твой гибкий стан и плечи –
К светлой тайне приложил уста.

Образ любимой поэта возникает из окружающей его природы, кажется, что если попытаться нарисовать ее, больше подойдет жанр пейзажа, а не портрета. У нее «сноп волос овсяных», она похожа на розовый закат, лучистый снег. Некоторая призрачность образа любимой сочетается с конкретными, осязаемыми деталями, такими, как, например, «алый сок ягоды» на ее коже, «запах меда от невинных рук». Образ любимой, который создается поэтом в этом стихотворении, напоминает лермонтовское «мечты созданье» из стихотворения «Как часто, пестрою толпою окружен…». У Лермонтова любимая изображается «с глазами, полными лазурного огня, / С улыбкой розовой, как молодого дня / За рощей первое сиянье». У обоих поэтов чувство любви овеяно печалью, оба пишут о давно прошедшей любви, о которой сохранились лишь смутные, печальные, но светлые воспоминания. «Отоснилась ты мне навсегда», — пишет Есенин.
Духовный кризис поэта, его переход от изображения Святой Руси к изображению «Москвы кабацкой» отразился и в его любовной лирике. В стихотворениях начала 20-х годов любовь предстает у него «заразой», «чумой». Меняется и отношение к женщине. В стихотворении «Сыпь, гармоника. Скука… Скука…» (1922) лирический герой называет женщин «собачьей сворой», обращается к женщине намеренно грубо, угрожающе, желая унизить ее. «Излюбили тебя, измызгали — / Невтерпеж» — эти слова обращены к женщине, но, кажется, что то же самое поэт мог бы сказать и о себе. Общность его судьбы и судьбы той несчастной, которая пьет с ним вместе, вызывает жалость у лирического героя. В последних строках стихотворения прорываются наружу его истинные чувства: «Дорогая, я плачу, / Прости… прости…»
Крушение революционно-религиозных иллюзий поэта, осознание своей ненужности в новой России, семейная и бытовая неустроенность отразились на проблематике любовной лирики Есенина. Образ негармоничной любви создается в стихотворении «Письмо к женщине» (1924), написанном в жанре послания:

Любимая!
Меня вы не любили.
Не знали вы, что в сонмище людском
Я был, как лошадь, загнанная в мыле,
Пришпоренная смелым ездоком.

Любовная драма лирического героя развивается параллельно и провоцируется тем, что он никак не поймет, «куда несет нас рок событий». За драмой человеческих отношений раскрывается трагический образ одинокого лирического героя, подавленного историческими переменами, схоронившегося от штормов в «корабельном трюме» — русском кабаке. Ему удается в роковом потоке событий различить целесообразность его движения и, воспев хвалу рулевому корабля жизни, обрести иные ценности: «Я избежал паденья с кручи. / Теперь в Советской стороне / Я самый яростный попутчик». Лирический герой просит у любимой прощенья за скандалы и те мучения, которые он ей причинял, и признается, что этого бы никогда не случилось, прими он раньше «знамя вольности и светлого труда».
В долгом, драматическом пути лирического героя, в печальном повествовании о разрушенных любовных связях, в ощущении невозвратности любви, в благословении любви бывшей возлюбленной и удачливого соперника узнаются мотивы стихотворения Блока «О доблестях, о подвигах, о славе…». Связывает два стихотворения и состояние успокоенности лирических героев после пережитых бурь.
В поисках романтической любви, обретения гармонии с миром и согласия с самим собой Есенин создает цикл стихотворений «Персидские мотивы». Все стихотворения этого цикла пронизаны острым чувством ностальгии, в любовные мотивы непременно привносится образ Родины. В стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ!..» (1924) Есенин подчеркивает не только духовную и биографическую, но и телесную, плотскую связь героя с Родиной: «Эти волосы взял я у ржи», «Про волнистую рожь при луне / По кудрям ты моим догадайся». Будучи счастлив и любим в далеком южном краю, лирический герой неожиданно вспоминает, что «там, на севере, девушка тоже, / На тебя она странно похожа, / Может, думает обо мне…». В «веселой стране» он пытается забыться, заглушить «в душе тоску тальянки». Но любовь к женщине, которая приводит его на юг («Ты меня, незримая, звала. / И меня твои лебяжьи руки / Обвивали, словно два крыла»), не может заглушить в его душе любовь к Родине, тоску по России, ведь «сердцу снится страна другая».
В поздних стихотворениях у Есенина появляется мотив любви «без любви», «недорогой», донжуановской любви. В стихотворении «Какая ночь! Я не могу…» (1925) в душе лирического героя «подруга охладелых лет» будит воспоминания о его юности и о той, «что навсегда люблю я». В этом стихотворении звучит объяснение того, почему в лирике Есенина в отношениях лирического героя и его избранницы нет безмятежности: «Любить лишь можно только раз». С первой любовью в стихотворении ассоциируется май, цветущие липы. А «игра в любовь» происходит зимой, в отсветах луны, когда на липах только «снег да иней». Сам лирический герой признается, что ни он, ни его «подруга» не обманываются по поводу чувств друг друга: «Отлюбили мы давно, / Ты не меня, а я другую». Но без этой ненастоящей любви невозможно возвратиться к мечтам о том, прежнем, сладостном и давно прошедшем чувстве, поэтому лирический герой просит героиню этого стихотворения ласкать и обнимать его «в лукавой страсти поцелуя», чтобы помочь ему вернуться в «вечный» май, в юность.
В стихотворении «Может, поздно, может, слишком рано…» (1925) поэт объясняет, почему он начинает «походить… на Дон-Жуана». Опускаясь каждый день у других колен, лирический герой начинает «чтить метель за синий цветень мая, / Звать любовью чувственную дрожь». Значит ли это, что он подменяет истинные чувства «игрой в любовь»? Он не обманывает тех, перед кем он каждый день опускается на колени. В веренице женщин, проходящих перед ним, все — «легкодумные, лживые и пустые», разочарованные в любви, как и он сам. Отлюбив раз, лирический герой Есенина уже не может снова испытать «половодье чувств», но теперь он пытается утопить в показной любви свою тоску, он хочет, «чтобы вечно счастье улыбалось, / Не смиряясь с горечью измен».
Мотивы любовной печали и желания встретиться с возлюбленной звучат в «Собаке Качалова» (1925). Практически все строфы — лишь прелюдия к появлению в конце стихотворения упоминания о той, «что всех безмолвней и грустней». Избранница поэта, виновница его переживаний, остается за сценой, что обостряет любовную ситуацию.
Обращения к возлюбленной лирический герой передает через собаку, бессловесного Джима, что соотнесено с мотивом неосуществимости желаемого. Одиночество лирического героя особо подчеркивается сродством душ — его и зверя.
Таким образом, тема любви получает разные интерпретации в лирике Есенина. В ней отражается душевный надлом, которым сопровождаются последние годы жизни поэта. У Есенина нет изображения счастливой любви. В его стихах любовь всегда трагична, он пишет либо о давно прошедшей, либо о безответной, либо о ненастоящей любви. Однако именно в связи с темой любви лирика Есенина приобретает оттенок исповедальности, естественность тона, характеризуется открытостью лирического героя, повествующего о своей нелегкой судьбе.


Комментарии: