Тема природы в лирике А. Фета

06.01.2012 | Рубрика: Ф » Фет А.А. » Лирика Фета А.А. »

План сочинения
1. Вступление. Особенности пейзажа Фета.
2. Основная часть. Тема природы в творчестве поэта.
— Разнообразие картин природы у Фета.
— Конкретность и многоплановость пейзажа.
— Фет и Тютчев.
— Импрессионизм Фета.
— Весенняя тема в лирике поэта.
— Зимняя тема в лирике поэта.
3. Заключение. Первый русский поэт-импрессионист.

«У г. Фета не находим мы ни глубоких мировых мыслей, ни остроумных афоризмов, ни сатирического направления…Поэзия его состоит из ряда картин природы…из сжатого изображения немногих неуловимых ощущений души нашей… Сила Фета в том, что поэт наш, руководимый своим вдохновением, умеет забираться в сокровеннейшие тайники души человеческой. Область его не велика, но в ней он полный властелин…», – писал о поэте А.В. Дружинин[1]. И действительно, пейзажи, созданные поэтом, удивительны и вдохновенны, близки сердцу каждого русского человека. Природа не связана у Фета с крестьянским трудом, как у Некрасова, с миром душевных переживаний – как у Лермонтова. Но вместе с тем восприятие ее поэтом живо, непосредственно и эмоционально. Пейзаж здесь – это всегда индивидуально-личностное восприятие, фиксирующее не только какое-то явление природы, но и настроение поэта. Природа у Фета – всегда объект художественного восторга и эстетического наслаждения. Причем в центре внимания поэта – самые обыденные явления, а вовсе не эффектные, колоритные картины. И каждое мимолетное впечатление имеет для Фета собственную привлекательность. Он безотчетно радуется жизни, не задумываясь над ней. Ему свойственен какой-то простодушный взгляд на явления жизни, храрктерный для незамутненного сознания.
В произведениях поэта представлены все наши времена года: нежная весна – с пушистыми вербами, с первыми ландышами, с тонкими клейкими листочками распустившихся берез; жгучее, знойное лето – со сверкающим терпким воздухом, с синим полотном неба, с золотыми колосьями раскинувшихся вдали полей; прохладная, бодрящая осень – с пестрыми косогорами лесов, с птицами, потянувшимися вдаль; ослепительная русская зима – с ее неуемной метелью, свежестью снегов, замысловатыми узорами морозов на оконном стекле. Фет любит наблюдать за таинством природной жизни, и взору его открывается весь круговорот ее, все многообразие и многоголосие. Вот «природы праздный соглядатай» следит за полетом ласточки над «вечереющим прудом», вот на цветке отчетливо возникают воздушные очертанья бабочки, вот расцветает, полыхая нежным ароматом, царица-роза, чувствующая близость соловья, вот оживляются крикливые цапли, радуясь первым солнечным лучам, вот беспечная пчела вползает в «гвоздик душистой сирени».
Природные образы, созданные поэтом, предельно конкретны, осязаемы, полны многочисленных зрительных деталей, запахов, звуков. Вот жаркий летний день, сверкающий и знойный, играет своими яркими, ослепительными красками: «синеют неба своды», тихо плывут волнистые облака. Откуда-то из травы доносится неугомонный и трескучий звон кузнечика. Невнятно колеблясь, дремлет сухой и жаркий полдень. Но неподалеку раскинулась густая липа, в тени ее ветвей свежо и прохладно, полдневный зной не проникает туда:

Как здесь свежо под липою густою,
Полдневный зной сюда не проникал,
И тысячи висящих надо мною
Качаются душистых опахал.

(«Под липой»)

Исследователи отмечали, что в произведениях поэта явления природы описываются «детальнее, предстают более конкретными, чем у его предшественников. В стихах Фета мы встретим, например, не только традиционных птиц, получивших привычную символическую окраску, как орел, соловей, лебедь, жаворонок, но и таких, как лунь, сыч, черныш, кулик, чибис, стриж…»[2]. Во многих стихотворениях поэта описано конкретное время суток, зачастую это раннее весеннее утро или теплая весенняя или летняя ночь. Природа здесь соотнесена с чувствами человека:

Какая ночь! Все звезды до единой
Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
И в воздухе за песнью соловьиной
Разносится тревога и любовь.

(«Еще майская ночь»)

Вообще, образ звезд часто встречается в произведениях Фета. К.Г. Паустовский считал поэта основоположником космической лирики. И здесь поэт сближается с Ф.И. Тютчевым. Вот стихотворение, которое очень любил П.И. Чайковский:

На стоге сена ночью южной
Лицом ко тверди я лежал,
И хор светил, живой и дружный,
Кругом раскинувшись, дрожал.

Поэт здесь как будто остается один на один со Вселенной. Он смутно осознает свое одиночество и вместе с тем особую значительность, какую-то торжественность этой минуты:

Земля, как смутный сон немая,
Безвестно уносилась прочь,
И я, как первый житель рая,
Один в лицо увидел ночь.

Он не просто ощущает свое родство с этой «бездной полуночной», – он переживает необычайное состояние погружения души в космическую глубину:

Я ль несся к бездне полуночной,
Иль сонмы звезд ко мне неслись?
Казалось, будто в длани мощной
Над этой бездной я повис.

И с замираньем и смятеньем
Я взором мерил глубину,
В которой с каждым я мгновеньем
Все невозвратнее тону.

(«На стоге сена ночью южной…»)

Здесь ощущения человека, глядящего на небо, ассоциируются у поэта с ощущениями растворения души в космосе. Тютчевские мотивы, философские мысли звучат у Фета в таких стихотворениях, как «Осень», «Ласточки», «Есть ночи зимней блеск и сила…», «Я рад, когда с земного лона…».
Во многих пейзажах Фет предстает перед нами как поэт-импрессионист. Как замечает Б.Я. Бухштаб, «поэт зорко вглядывается во внешний мир и показывает его таким, каким он предстал его восприятию, каким кажется ему в данный момент. Его интересует не столько предмет, сколько впечатление, произведенное предметом»[3]. Вот, например, стихотворение «Ярким солнцем в лесу пламенеет костер…»:

Ярким солнцем в саду пламенеет костер,
И, сжимаясь, трещит можжевельник[4];
Точно пьяных гигантов столпившийся хор,
Раскрасневшись, качается ельник.

В последней строфе его мы узнаем, что деревья лишь кажутся качающимися в неверных отблесках костра. Внешний мир как бы окрашивается душевными настроениями поэта. С этим связан антропоморфизм, одухотворение природы в лирике Фета. Так, роза у него «странно улыбнулась», «звезды молятся, пруд грезит», «тополь сонный дремлет». Мир природы у него очеловечивается, человек же, наоборот, является гармонической частью этого мира. Как отмечают исследователи, здесь сказывается явное влияние на творчество поэта лирики Гейне.
В лирике Фета мы встречаем множество радостных, весенних стихотворений. Поэт с замиранием сердца ожидает прихода весны. Его душа, волнуясь, прислушивается к ее легкому дыханью, к ее родному призыву, угадывает первые приметы оживления мертвой, зимней природы:

Уж травка светит с кочек талых,
Плаксивый чибис прокричал,
Цепь снеговую туч отсталых
Сегодня первый гром прорвал.

(«Еще, еще! Ах, сердце слышит»)

Зеленый хоровод деревьев, звонкая песнь сверкающего ручья, кудрявый плющ, сопричастный весенней жажде – все это радует и волнует поэта, вселяя в него необыкновенную жажду жизни, преклонения перед ее вечной красотой. Природа соотносится у Фета с человеческими чувствами, с особым восприятием жизни. Так, весна порождает в нем какую-то особую лень, неясную тоску, чувственную негу:

Пропаду от тоски я и лени,
Одинокая жизнь не мила,
Сердце ноет, слабеют колени…
В каждый гвоздик душистой сирени,
Распевая, вползает пчела.

(«Пчелы»)

Весной поэт вновь вспоминает о любви, у него появляется надежда вновь обрести счастье:

Снова в сердце ничем не умеришь
До ланит восходящую кровь,
И душою подкупленной веришь,
Что, как мир, бесконечна любовь.

(«Весенние мысли»)

Одновременно весенние стихотворения Фета – это и гимн вечному обновлению жизни, гимн молодым, могучим силам природы:

Я пришел к тебе с приветом,
Рассказать, что солнце встало,
Что оно горячим светом
По листам затрепетало,
Рассказать, что лес проснулся,
Весь проснулся, веткой каждой,
Каждой птицей встрепенулся
И весенней полон жаждой.

(«Я пришел к тебе с приветом»)

Чувства героя здесь целиком соответствуют тайным движениям природы, которая как будто отражается в его душе. Герой «весенней полон жаждой», душа его открыта навстречу счастью. Весенняя природа у Фета девственно невинна, несмотря на особую чувственную атмосферу, царящую в ней:

Так дева в первый раз вздыхает,
О чем не ведая еще,
И в первый раз благоухает
Ее блестящее плечо.

(«Первый ландыш»)

Весна у поэта – это невеста-царица, сошедшая на землю и ожидающая своего жениха. «Очарованная сном», «нема и холодна», она еще спит в своем ледяном гробе, но Он призван пробудить ее из «стужи мертвых грез».
Если весенняя природа ассоциируется у поэта с утренним пробуждением, то зимняя – с безмолвием лунной ночи. В лирике Фета мы часто встречаем зимний ночной пейзаж:

Ночь светла, мороз сияет,
Выходи – снежок хрустит;
Пристяжная озябает
И на месте не стоит.

(«Ночь светла»)

Если весенние картины природы у поэта радостны, наполнены светом, теплом, жизнью, то в зимних пейзажах зачастую возникает мотив смерти: печальная береза одета в «траурный» наряд, ветер зловещий свистит над дубовым крестом, яркий зимний свет освещает ход склепа. Мысль о смерти, о небытии, об опустевшей земле сливается в воображении поэта с видом зимней, уснувшей вечным сном природы:

Селенье спит под снежной пеленой,
Тропинки нет по всей степи раздольной.
Да, так и есть: над дальнею горой
Узнал я церковь с ветхой колокольней.
Как мерзлый путник в снеговой пыли,
Она торчит в безоблачной дали.
Ни зимних птиц, ни мошек на снегу.
Все понял я: земля давно остыла
И вымерла…

(«Никогда»)

Многие зимние пейзажи Фета своей простотой и реалистичностью очень напоминают пушкинские пейзажи. Как и Пушкин, он умел находить прелесть и изящество в скромной русской природе:

Я русский, я люблю молчанье дали мразной,
Под пологом снегов как смерть однообразной…
Леса под шапками иль в инее седом,
Да речку звонкую под темно-синим льдом.

(«Я русский, я люблю молчанье дали мразной»)

Таким образом, пейзажная лирика Фета неразрывно слита с внутренним миром лирического героя. Очарование его стихов – в непосредственности и эмоциональности поэтического восприятия природы. Фета считают первым русским поэтом-импрессионистом, поэтом, безоглядно отдающимся своему впечатлению, эмоциям. Недаром Бальмонт заметил, что поэзия Фета – это «сама природа, зеркально глядящая через человеческую душу»[5].

1. Дружинин А.В. Литературная критика. М., 1983, с. 88–89.
2. Боткин В.П. Картины природы в произведениях Фета. – Афанасий Афанасьевич Фет (Шеншин). Его жизнь и сочинения. Сборник ист. – лит. статей. Составил В. Покровский. М., 1911, с. 95.
3. Бухштаб Б. Я. А.А. Фет. Очерк жизни и творчества. Л., 1990, с. 102.
4. Там же, с. 84.
5. См.: Бальмонт К. О поэзии Фета. М., 1934.

Комментарии:

Дополнительные статьи из рубрики "Лирика Фета А.А."